Потом ворвались Зонган с отцом, развели нас и Зонган забрал меня к себе. У него я стал… тут я уже вел себя как женщина, поэтому – я стала сама не своя. Мне хотелось понравиться ему, и я делал все, чтобы он был мной доволен. Я с радостью делал все, что он пожелает, отдалась ему по первому требованию. Мне это нравилось. Теперь же кажется, что это было не совсем правильно. Но я хотела тогда этого!!! Непонятно. Особенно в конце. Что там произошло? Что вызвало такой переполох? Что-то неестественное как для меня, так и для них. Странно. Я не знаю что для них естественно, а что нет. Тем не менее, сумела перепугать всех, но в конце было так хо-ро-шо. Неужели женщины испытывают от секса такой экстаз? Если это будет повторяться, то я совсем не прочь быть Вальрисой. Стать эдакой сексуальной нимфоманкой. Мечты, мечты. Для этого необходимо соблюдать кучу условностей… Хотя… К тому же я уже не девственница… Этот факт вызвал у меня улыбку, так как этот вопрос волновал меня меньше всего, особенно в нынешнем виде.
     Встаю с постели и включаю свет. Все прибрано, ни следов от наших сборов. Одинокий халатик свисает со спинки кровати и тапочки под нею. И то дело. Я укутываюсь в него, хотя вид у меня в женском халатике подталкивает на определенные аналогии. Жизнь становиться веселее с каждым моим шагом. Обуваюсь и подхожу к шкафу. Все наряды Вальрисы здесь, Адари просто убрала все на место. Не мешало бы задать пару вопросиков нашей (моей и Вальрисы) Наставнице. Свет зажжен, кажется, на кухне. Адари оборачивается при моем появлении и улыбается. Она одета, как и я, только на ней это смориться намного лучше.
     – Чай выпить не хочешь? – спрашивает она, включая электрочайник. Ее вопрос подтолкнул меня обратить внимание, что я до сих пор не голоден. Но если есть мне не хочется, то от чашечки чая я не откажусь.
     – Можно и чаю, – соглашаюсь я.
     – Присаживайся к столу.
     Устраиваюсь в торце столика, придвинутого к стенке. Адари хлопочет по хозяйству, расставляя угощения и приборы для чаепития.
     – Как себя чувствуешь? – интересуется она.
     – Нормально. Только вот к такой одежке не привык.
     Внимательный взгляд Адари длился всего пару секунд.
     – Мне казалось, что тебя она не смущает. Ты тогда вела себя так естественно.
     – Но я тогда был в другом виде. Кстати, а кто помог мне вернуться в свой облик.
     Еще один внимательный взгляд удостоил меня своим вниманием. На этот раз я заметил, что у Адари очень темный почти черный цвет глаз.
     –  Ты сам.
     Когда это я успел? В моей памяти никаких подобных действий не зафиксировалось.
     – Разве, – удивляюсь я.
     Чай разлит по чашечкам и парует приятным ароматом. Адари садиться напротив меня.
     – Угощайся.
     – Спасибо.
     Поверхность чашки обжигает подушечки пальцев, поэтому брать ее надо за ручку. Чаепитие занимает определенное время, в течение которого мы просто наслаждаемся его вкусом и пробуем, разные сласти, выложенные по вазочкам на столе.
     – Я не помню, когда это произошло, – признаюсь я. - Этот вопрос меня волнует, так как дает возможность понять методы контроля моих преобразований.
     – После твоего оргазма. Мозг с готовностью подсовывает ассоциативные воспоминания блаженства, которое разливается по телу. Ситуация курьезная: мужское тело наслаждается женским оргазмом. И ты получила огромное наслаждение, если судить по твоей реакции, – улыбается Наставница.
     Своей цели она добилась – я смущаюсь.
     – Было хорошо, – чуть слышно отвечаю ей.
     – Ты познала его и дальше будет легче.
     – Если я захочу, – мое поведение не отличается элегантностью. Я просто бурчу под нос, рассматривая чай в чашке.
     – Чтобы отказаться, нужны веские причины. У тебя пока их нет, а я помогу и создам условия для твоего удобства.
     Надо сменить тему разговора, а то наставница вгонит меня в полный коллапс.
     – Меня уже начинают пугать эти бесконтрольные превращения. Сначала самопроизвольно в Вальрису, теперь такое же превращение обратно.
     – Попытайся взять это под контроль.
     – Как. С помощью атрибутов? – Я хотел продемонстрировать браслет на запястье, но сам увидел, что на протянутой руке никаких украшений нет, и быстро спрятал руку под стол. – У меня нет сейчас с ними контакта. Как остановить трансформацию, когда она начинается не вовремя… или начать, когда необходимо?
     – Я не знаю. Может со временем, Валик и сможет обращаться к ним.
     – Это надо постоянно экспериментировать и самое главное – ждать. Я в последний раз чуть не превратился в девчонку посередине класса. Мне нужно управление прямо сейчас.
     В моем голосе проскользнули нотки отчаяния. Эта тема была для меня больной и вызывала эмоции, к сожалению – отрицательные. Адари вновь подлила чаю в мою чашку, и мы опять, заполняли затянувшуюся паузу чаепитием.
     – Попробуй вспомнить, может, было что-то особое при твоих превращениях, – посоветовала наставница.
     – Превращение уже само по себе особое. Я никогда раньше не превращался из мальчишки в девчонку и обратно.
     – Должно быть еще что-то, – не согласилась со мной Адари.
     Что еще может быть? Впрочем, она права. Когда начиналась трансформация, я знал, что она будет, я чувствовал, что она начнется – обязательно начнется. Неужели дело именно в этом?
     – У меня было чувство, что я сейчас превращусь.
     – Попробуй его повторить. Вдруг это поможет?
     Почему бы и нет?
     Повторить то состояние оказалось не просто. Взгляд отвлекался, на различные мелочи: чашка чая, движение Адари, дрожание огня в конфорке. Я закрыл глаза, но смог достичь только воспоминания о состоянии. Чтобы усилить эффект я представил образ Вальрисы, который видел в  зеркале. Она стояла передо мной с интересом рассматривая, отражение. Она застыла в своем изображение, будто на фотографии. Я пытался достичь знания момента превращения, но оно выскальзывало от меня как вода сквозь пальцы руки. Вальриса будто в насмешку молча смотрела на меня и мои старания. Это раздражало и мешало. Тогда я решил проучить ее, поставил на мое место. Я рванулся к ней и… Вальриса моргнула. Изображение на фотографии ожило. Я опешила и моргнула сама. Внешний мир ворвался в сознание.
     – Привет, – Адари смотрела на меня с радостным видом.
     – Привет, – ответила я растерянно, не поняв ее.
     – Ты смогла это сделать.
     – Что сделать?
     На этот раз удивилась Адари.
     – Ты же стала Вальрисой.
     – Да-а? – с удивлением осматриваю себя. Ткань халатика приподнята грудью, от движения головы колыхнулись волосы, появились браслеты и цепочки, тон голоса стал выше. Значит, я сумела добиться, того чего хотела. И халатик стал более уместен на мне.
     Но ведь процессы превращения должны быть одинаковы. Если один метод годиться для превращения в Вальрису, то и в Валика я могу превратиться точно также. К тому же чтобы проверить действие метода мне все равно надо превращаться поочередно то в одного, то в другую. Я снова зажмурился и как мантру повторяла про себя, что я Валик. Представила его перед собой, сосредоточилась, потянулась к его изображению. Но ничего не происходило. Ах ты… Хотела взять его за грудки, встряхнуть это неподатливое изображение, но оно… улыбнулось мне. От удивления я опять раскрылся, упуская сосредоточения. Глаза раскрылись, и я прищурился от яркого света лампы. Пот выступил у меня на лбу. Оказывается, необходимо затрачивает значительные усилия, что бы удержать самого себя в себе же. Вопрос в том, сколько времени надо на преобразования. Хватило ли сейчас тех усилий, чтобы стать Валентином. Хватило.
     Адари сидит с широко раскрытыми глазами и все смотрит на меня. Правда она ничего не предпринимает, а просто созерцает, но видно, что и для нее все это в диковинку. Такта ей не занимать – не мешает мне заниматься своим делом. А поскольку мы стронулись с мертвой точки, то надо попрактиковаться. Теперь снова стать Вальрисой. Концентрация… изображение… накопления желания… рывок. В самом деле, начинает получаться. Я хоть и сижу на месте все равно обливаюсь вся потом. Ох, не легкая эта работа, саму себя превращать.
     Вернемся к Валику. Внимание…
     Тело начинает ломить. Мышцы становятся ватными, словно я таскал только что мешки с песком. Но мне надо до конца разобраться с этим делом. Ставим следующий эксперимент. Превращаемся в Вальрису и… затем в Валентина. Пробуем не позволить пройти трансформации. От всех этих умственных упражнений я устал физически. Не даром же говорят – от дурной головы ни рукам, ни ногам покоя нет». Как только проверить результат последних усилий?
     – Что было со мной в последний раз? – спрашиваю единственного своего наблюдателя.
     – Ты стала Вальрисой, и сразу же начала преображаться обратно, – в глазах Наставницы обеспокоенность. – Ты не устала?
     – Не очень, – соврал я.
     Следовательно, я все-таки могу теперь превращаться по своему желанию. Правда, для многократно преобразования надо быть более выносливым, но на данном этапе мне этого не надо. Теперь есть возможность использовать облик Вальрисы в соответствующих обстоятельствах. Например… Ну… Хотя бы находясь у Адари быть Вальрисой. Ей наверняка больше нужна девочка чем, пацан. Почему бы не сделать ей приятно, как никак она все-таки по-своему заботиться обо мне.